Утопия – мертвый жанр. Надо обладать непосредственностью Андрея Данилко-Сердючки, чтобы петь сегодня «все будет хорошо, я точно зна-а-ю!» При этом антиутопии, обещающие человечеству быструю (или наоборот длительную), но обязательно мучительную смерть от катаклизмов, войн, болезней из пробирок или технического прогресса правят бал в литературе и искусстве. Закономерно для переломного этапа истории, в который мы живем.

В кинематографе последних лет пальма первенства за самый яркий и пессимистичный прогноз нашей общей судьбы принадлежит, несомненно, трилогии «Матрица». Сказка о том, как большинство людей с течением времени стали батарейками для бездушных машин, а оставшимся пришлось влачить убогое существование глубоко под землей, развлекаясь оргиями на манер Казантипа, мало кого оставила равнодушным. Если прибавить к этому еще яркие спецэффекты и претензию на философию, на выходе имеется ядреный взрыв-коктейль.

Киношники быстро растащили «Матрицу» на цитаты, научились вставлять парящие кульбиты даже в детские фильмы, но несколько лет на рынке апокалиптики не было ничего глубокомысленнее возгласов «все помрем и все к чертовой матери пойдем!». До выхода последней части фильма «Обитель Зла».

Навык делать зрелищное кино по мотивам компьютерных игр – достижение, которое далось Голливуду не сразу. Достаточно вспомнить бездарную экранизацию «Doom’а», чтобы понять, насколько эта нива еще нуждается в окормлении. Поэтому успех трилогии «Обитель Зла» несет в себе несомненный пропедевтический эффект.

Но обратимся к третьей части, замкнувшей повествование в логический круг и поднявшей историю злодеяний корпорации «Амбрелла» до уровня яркой символической концепции. На входе в кинозал я имел скромный набор фактов и массу ярких впечатлений, почерпнутых из предыдущих серий.

Некая всемогущая корпорация с логотипом-зонтиком разрабатывает синтетическую пакость (чи вiрус, чи панацею), которая одновременно призвана избавить всех женщин мира от морщин и усовершенствовать биологическое оружие. Заразившись пакостью, сотрудники секретного отдела корпорации становятся зомби и монстрами (I-й фильм), от них инфекция передается жителям окрестного города (II-фильм) и дальше уже отправляется гулять по планете, разлагая и обезображивая все на своем пути. Третья часть начинается городами, лежащими в руинах, и бескрайними пустынями, раскинувшимися по континентам. Главный герой саги – девушка Элис (Мила Йовович) – непрерывно уничтожает зомби и монстров пачками, грозя корпорации «Амбрелла» заслуженной карой.

Первые части «Обители» представляли собой бойко снятый, но заурядный ужастик: толпы живых мертвецов, темные коридоры, стерильные лаборатории, забитые монстрами и человеческими останками… Все это привычно поклонникам жанра. Да, коварная корпорация изначально больше стремилась использовать трагедию в интересах исследований, нежели устранить ее последствия. Да, счастливый побег из зараженного города был объявлен успешным запуском тайного проекта «Элис». Но эта интрига лишь добавляла остроты динамичному действу, не меняя его сути. Финальная часть, построенная на конфликте идеологий, дает оригинальную трактовку всему жанру зомби-хорроров.

Что позволяет так думать? В первую очередь специфика зомби. Главный злодей-ученый – доктор Айзекс признается, что Т-вирус (пакость), попадая в организм человека, меняет его природу, приводя к потере памяти и умственных способностей. В итоге зомби, способные жить вечно (для существования им не нужно питаться), продолжают охотиться на людей, в слепой жажде попробовать их плоти и сделать себе подобными.

Айзекс даже задается целью укротить действие вируса и частично вернуть живым мертвецам человеческие способности. Тогда ими можно будет управлять, превратив в исполнительную рабочую силу. Увидев, как зомби, в котором воскресили человека, вспомнил, как пользоваться сотовым телефоном и цифровым фотоаппаратом, меня осенило. «Батюшки!» — думаю, — «Да ведь это же критика общества потребления! Самая бескомпромиссная из тех, что мы видели в кино за последние десятилетия! И зомби-то оказываются не зомби, а обыватели, зараженные миазмами массовой культуры!»

Все сходится: корпорация «Амбрелла», нацеленная на получение заработков, стремилась сделать красиво всем – и потребителям, и правительству. Их кредо – девиз, написанный на каждом продукте «Наш бизнес – сама жизнь». Т-вирус – мегапроект корпорации – начал в итоге превращать людей в идеальных потребителей – вечных, голодных, не имеющих памяти и ума, не обращающих внимание на внешний мир. (Как тут не вспомнить кадавра братьев Стругацких?!) Катастрофа, повлекшая смерть цивилизации, оказывается бизнес-прорывом. И перед финансовой империей встает задача лишь реформироваться под нужды такого идеального потребителя. В минуту откровенности Айзекс признается: «Мои исследования изменят суть вещей».

Армаггедон обернулся финальным этапом развития общества потребления: «в живых остался только один» — фирма без конкурентов, без внешних ограничений, с безграничным рынком и патентом на главное ноу-хау в истории человечества. В таком мире людям, избежавшим инфицирования, остается единственная перспектива – бегать из города в город в поисках литра бензина и пачки сигарет – остатков былой цивилизации, и стремиться не попадаться на глаза своим апгрейданным собратьям.

«Обителью зла» оказывается не отдельная лаборатория, не город, а сама корпорация. И не из-за конкретных исследований, а по сути. Поэтому Элис, обзаведясь в конце бесчисленной армией собственных клонов, намеревается не очистить мир от зомби, а окончательно разрушить порочную бизнес-империю.

В «Матрице» братья Вачовски отразили тягу современных людей забыться сном хай-тековского благополучия. Создатели «Обители» обратили внимание на всесокрушающую ярость и жажду, таящуюся в каждом из нас.

Подобное символическое видение фильма объясняет, почему вирус, не передающийся воздушно-капельным путем, распространился по континентам. И как отдельные люди, подвергшиеся его атаке, не превращаются в бездушных кукол. В первую очередь это Элис – крестоносец последних дней, праведница и амазонка. Такими же являются и главные злодеи фильма, мутирующие под действием вируса в монстров, упивающихся чувством собственного величия.

По окончанию фильма я зашел выпить кофе в ресторане торгового комплекса и обнаружил себя в окружении персонажей эсхатологической саги. Рядом со мной напомаженные мальчики и девочки с пустыми глазами хвастались друг перед другом возможностями цифровых камер продвинутых сотовых, обсуждали популярные диеты и график сезонных распродаж. А гадкая новостная лента в ноуте попутно сообщила о рассмотрении британским парламентом закона, разрешающего создание гибридных эмбрионов животных и людей во имя спасения человечества от рака. Теперь меня волнует лишь один вопрос: «Where the fuck is Ellis?»

VN:R_U [1.9.22_1171]
Rating: 0.0/7 (0 votes cast)
VN:R_U [1.9.22_1171]
Rating: 0 (from 0 votes)