Существует универсальный закон: если нам что-то нравится, значит мы хотим это иметь – симпатия выдает в нас желание! Непреложность этого правила нужно учитывать, когда речь заходит о фильмах про «плохих парней». Со времен первой баллады о Робин Гуде (и даже раньше) в европейской культуре христианских ценностей рассказы о жизни благородных разбойников окружены постоянной симпатией и интересом. Фильмы про афериста Дэни Оушена и его друзей с Джорджем Клуни и Брэдом Питтом в главных ролях вот уже несколько лет занимают почетные места в этом пантеоне авантюрных героев.

Эпопея из трех картин, рассказывающая об увлекательных похождениях банды профессиональных мошенников, в кратчайшие сроки набрала армию поклонников во всех уголках планеты. Доходит до того, что некоторые проповедники и моралисты недоумевают: что стало с миром, если кумирами миллионов оказываются воры, лжецы и негодяи?! Формально моралисты, конечно, правы: красть безусловно нехорошо – это стыдно, опасно и разлагает душу. С этими утверждениями не станут спорить ни создатели, ни актеры, ни большинство зрителей приключенческих фильмов. Но ведь простая возможность поглазеть на инсценировку преступлений не смогла бы заинтересовать историями Оушена такое количество людей, когда лишь редкие единицы способны увидеть в них пособие по успешному грабежу.

Чем же притягательны для нас фильмы про «плохих парней»?

Если приглядеться, сюжеты таких историй строятся по одной логике: группа отважных и смелых ребят (как правило, мужчин с военным прошлым, но необязательно) отстаивают право на достойную жизнь против горстки презренных, но могущественных узурпаторов. Их враги – крайне несимпатичные люди: они жестоки, несправедливы, вызывающе порочны или, как минимум, непроходимо чванливы и глупы. Случается, что враги первыми совершают возмутительное преступление, чем вызывают гнев и стремление к отмщению в сердцах положительных героев, но обычно самого факта благоденствия подобных субъектов оказывается достаточным, чтобы благородные разбойники вместе со зрителями расценили это благополучие свидетельством несправедливости и несовершенства, в которых погряз мир. Священная обязанность восстановить поруганную справедливость становится в таком случае делом чести для очаровательных и смелых героев приключенческих авантюр.

"Ocean’s Eleven 1960"

Первая команда Оушена в фильме 1960 года была выдержана в едином стиле

Робин Гуд против Шерифа Ноттингемского, Дубровский против Троекурова, Зорро против дона Рафаэля Монтеро – во всех этих историях реализован один сюжетный алгоритм. Оригинальный фильм «11 друзей Оушена» 1960 года выхода с Френком Синатрой в главной роли выстроен по такому же принципу. В нем 12 отставных десантников – героев Второй мировой войны, не сумевших найти себя в послевоенном мире – решаются совершить единовременное ограбление пяти казино в Лас-Вегасе, спланировав преступление по канонам диверсионной операции. Фильм наглядно показывает, что участники аферы – достойные люди: смелые, решительные, принципиальные… Принципиальные настолько, что готовы умереть ради своих друзей. На преступление их толкает общая неустроенность и несправедливость, с которой они вынуждены мириться на протяжении всех 15 лет по окончанию войны. Положительные образы героев передаются картиной настолько убедительно, что наводят зрителя на мысль: если какая-то земля не смогла стать гостеприимным домом для таких молодцов, это вина земли и ее народа, а вовсе не наших славных парней.

12 разведчиков Израиля

Ветхозаветные герои мало чем отличались внешне от современных голливудских «плохих парней»

На аналогичной вере зиждется героический пафос ветхозаветного Израиля. Его праведники, которые являлись таковыми в собственных глазах и очах Бога (но вовсе не остальных народов), также выводят представления о справедливости и морали из собственного статуса и своих персональных интересов. Чего стоят, к примеру, разведчики, посланные Моисеем в Ханаан, которые похищают виноград и фрукты в доказательство, что эта земля пригодна для завоевания, или картина спасения иерихонской блудницей Раав израильских лазутчиков, проникших в ее город с аналогичной целью. В обоих случаях положительные персонажи священной истории ничем не отличаются от «плохих парней» современных приключенческих фильмов.

Блуница Раав и лазутчики

История с лазутчиками и блудницей по сегодняшним временам и вовсе могла бы показаться компрометирующей

Надо сказать, что подобная, отменяющая формализм, телеологическая трактовка преступлений вполне органична для американской культуры. Она вырастает из пафоса первых поселенцев, воспринимавших себя «Новым Израилем», отправившемся заново покорять «Обетованную землю». К тому же с первых лет колонизации Америка вызывала неизменный интерес у авантюристов и искателей приключений со всей Европы. Для них правильность любого начинания мерилась в первую очередь его успехом. Поэтому, можно утверждать совершенно определенно: в каждом «плохом парне» американских приключенческих фильмов кроется ветхозаветный герой или, как минимум, весомая претензия на статус деятельного праведника.

Ocean's eleven 1960

Авантюрные праведники 60-х

Не всем ожиданиям суждено сбыться и никакая надежда не застрахована от печальных разочарований: в фильме 1960 года после успешного ограбления один из друзей Оушена скоропостижно умирает от внезапного приступа застарелой болезни. Его подельники, чтобы не быть раскрытыми, вынуждены спрятать украденные деньги в гроб с телом умершего, рассчитывая вытащить их оттуда после захоронения. Однако местное похоронное бюро в знак уважения к военным заслугам покойного предлагает вдове бесплатную кремацию. Ничего не зная об ограблении и деньгах, она дает согласие на немедленное погребение мужа, так что нажива благородных грабителей сгорает у них на глазах под траурную музыку. Прибегнув к помощи Deus ex machina, создатели фильма показали, что претензии его героев на праведность и избранничество оказались трагически преувеличены.

oceans eleven

Авантюрные праведники 2000-х

Обратным образом обстоят дела в современных картинах про Оушена и его друзей. У этих ребят получается все, на чтобы они не решились: украсть деньги из хранилища нескольких казино и благополучно уйти с выручкой – I часть, похитить один из самых охраняемых в мире музейных экспонатов и выскользнуть из тюремных застенков – II часть, наказать подлого магната игорного бизнеса и забрать его уникальную коллекцию бриллиантов – III часть. Если про феноменально удачливых людей говорят «их поцеловал Бог», современного Оушена и его команду смело можно было бы называть «зацелованные Богом».

И это при том, что современная команда Оушена объединяет совершенно разных людей. ПРИНЦИПИАЛЬНО разных, в которых нет ничего общего, кроме двух качеств: все они – нарочитые профессионалы и все они категорически человечны. Разберем это подробно.

Профессионализм. Благородный разбойник традиционно обладает каким-то исключительным навыком, отличающим его от «простых смертных». Робин Гуд лучше всех стреляет из лука, Зорро – управляется с лошадью и шпагой, Оушена с друзьями в 60-х отличали выдержка и военная смекалка. Во всех таких случаях талант воспринимается отблеском божественности. Авантюрный герой – человек и сверхчеловек одновременно, парадоксальное смешение космической доблести и хаотической спонтанности. Его талант – своеобразный дар Божий или атрибут божественности, существующий параллельно с его личностью. Благородный разбойник в своем классическом виде изначально живет в модусе полноты бытия («Могу копать, могу не копать») и ему требуется осознанное усилие, чтобы войти в пространство обыденных и повседневных событий, чтобы как-то его реконструировать.

Оушен наших дней и его соратники – люди как мы, их уникальный профессионализм – навык приобретенный, воспитанный в себе путем долгих, изнурительных тренировок и самопожертвований. Они – профессионалы-ремесленники, движимые по жизни азартом самореализации и любовью к профессии как к искусству. Им отлично известно: ничто не дается даром и не происходит само-собой, жизнь научила их в каждом деле допускать вероятность неудачи, на которую надо закладываться еще на стадии планирования. По сути, герои современных фильмов – идеальные протестанты в трактовке Вебера. Они стремятся быть профессионалами из любви к своему делу как священной миссии, а также желая сохранить внутреннюю и внешнюю свободу от мирских пут.

Человечность. Стремление к свободе и есть главный мотиватор и залог той человечности, которая была названа выше в качестве второго свойства, характеризующего облик наших героев. Люди Оушена сегодняшних дней вольны свободно определять свое отношение к любым обстоятельствам, исходя из собственных представлений о человеческом достоинстве. Они сентиментальны, чувственны, по-хорошему азартны и непосредственны. В жертву этой непосредственности и внутренней свободе они, не задумываясь, готовы принести все, что угодно, включая похищенные миллионы.

Казалось бы, упомянутые характеристики слабо применимы к убежденным и закоренелым преступникам, если бы не одно «но»: современные Оушен и его команда грабят и обманывают не людей, а технологии. Этот момент очень важно зафиксировать: никто из героев не воспринимает других людей в качестве объекта своего (пусть и очень гуманного) насилия. За одним единственным исключением, когда в третьей части они осознанно решаются покарать игорного магната – подлеца. Современные благородные разбойники противостоят бездушным механизмам и бесчеловечным законам технократического мира. Трофеи их краж всегда застрахованы, а потому никто из конкретных людей не страдает даже от этих действий – одни лишь безликие страховые корпорации. Да, наши герои изучают и профессионально совершенствуются в технологиях, но сами не трансформируются по их образу и подобию, культивируя в себе человеческие черты, из чего можно сделать вывод: технологии интересуют современных благородных разбойников с единственной целью – им не принадлежать. В этом смысле сегодняшние картины об Оушене могут трактоваться как остроумное продолжение первой части эпопеи «Матрица» братьев Вачовски, отличное от логики развития оригинального фильма.

Однако в тоже время новые фильмы об Оушене можно воспринимать как пример образцового менеджмента и организации работы креативной команды. Если в фильме 60-х максимально эффективное объединение мужчин было воинским подразделением, то теперь это – сообщество универсальных управленцев, совмещающих в себе личностное увлечение производственным процессом с командной игрой и навыками прикладной работы «на земле». Команда Оушена собирается всегда на конкретный проект, делает все, чтобы максимально оперативно и гуманно достичь выполнения поставленных целей и распадается сразу после их достижения.

Дэнни Оушен, Расти Райан и Лайнус Колдуэлл

Дэнни Оушен, Расти Райан и Лайнус Колдуэлл

Добиться подобной очевидной гармонии им удается за счет владения «умной рефлексией», о которой раньше шла речь в отдельной статье. Если присмотреться, герои современных фильмов об Оушене никогда не принадлежат ситуации настолько, чтобы потерять для себя ее общее видение, но в тоже время они никогда не бывают равнодушны и пассивны к вещам, свидетелями которых становятся. Наиболее выразительно это видно на примере внутреннего общения Дэнни Оушена, Расти Райана и Лайнуса Колдуэлла (Джордж Клуни, Брэд Питт и Мэтт Дэймон, соответственно). Расти – лучший друг Оушена, Лайнус – подающий надежды молодой мошенник. Расти и Дэнни используют общение друг с другом в качестве камертона, по которому они постоянно выверяют свою рефлексию и стремятся понять, насколько она свободна от примесей внешних страстей. По большому счету, сюжеты первых двух частей эпопеи в значительной степени строятся на том, что свобода суждений обоих этих героев оказывается под угрозой ограничения в следствие личной пристрастности: Оушен из-за тюремного срока теряет жену и вынужден стремиться ее вернуть, Расти оказывается перед дилеммой, как совместить криминальную профессию с любовью к полицейскому следователю. В обоих случаях практически прямо говорится, что достижение формального успеха с потерей внутренней свободы и непредвзятости будет означать для героев духовную смерть. Ситуация с Лайнусом Колдуэллом разворачивается иначе и гораздо комичнее – он досконально владеет ремеслом мошенника и мог бы «потягаться с миром», но лишен духовного стержня и умного взгляда на жизнь, что серьезно ограничивает его возможности. А потому юный гений Лайнус вынужден учиться у Оушена с Расти, беспрекословно принимая их главенство над собой.

Интересно заметить, что разбойничья деятельность Дэнни, Расти и их друзей ограничена внутренними целями и вовсе не является преступлением во имя преступления. Каждый из них исповедует стандартные ценности протестантского рая: дом, семья, достаток, позволяющий чувствовать себя независимым от обстоятельств, уважение ближних, честные друзья… Все это разительно отличается от пессимистичной обреченности фильма 60-го года, в котором команда Оушена производит впечатление чужих и лишних для этого мира людей. Герой Клуни ведет себя, как будто мир – это дом, где царят непростые отношения, но который может быть гостеприимным и комфортным, если стать профессионалом в своем деле, стараться хранить в человечность и смотреть на реальность глазами, свободными от шор.

Сравнение Оушена с протестантами, описанными Вебером, не случайно: он, несомненно, человек ОСВОБОЖДЕННЫЙ – рассудочно и духовно, и в этом смысле человек христианского, а даже не ветхозаветного мира. Подобный тип сознания, базирующийся на моральных императивах, но лишенный конфессиональных идентификаций, сегодня принято называть пострелигиозным. Однако это не вполне верно. Разумеется, ни Оушен, ни кто-либо из его друзей не являются носителями религиозного сознания в плане исповедания догматов, однако опыт познания, которым они обладают, является условием свободного осмысления и понимания догматических истин. Без этого опыта догматы обречены стать декларативным фетишем, лишенным силы живого Духа. В таком понимании сознание, открытое опыту рефлексии, парадоксально является в равной степени проторелигиозным и пострелигиозным одновременно. Можно предположить, что эта смысловая подоплека придает этой картине дополнительную заинтересованность в глазах современных зрителей.

В своем развитии образа благородного разбойника европейская популярная культура прошла знаковый путь от героизации священной вседозволенности к абсолютизации полноты человеческих возможностей, замершей на границе встречи со сверхчеловеческим: от Робин Гуда к Оушену. В дополнение к ним полезно вспомнить благородного разбойника, который смог преодолеть эту черту и все же найти выход в сверхбытие – это несчастный, распятый рядом со Христом, нашедший в себе силы просить «Помяни мя Господи, егда приидеши во Царствии Твоем!» Как в этой ситуации поступил бы Оушен, остается только гадать.

Написано по заказу сайта baznica.info

VN:R_U [1.9.22_1171]
Rating: 7.0/7 (1 vote cast)
VN:R_U [1.9.22_1171]
Rating: 0 (from 0 votes)
Святые бандиты, 7.0 out of 7 based on 1 rating